Волшебная дудочка

Как слышал сказку, так и рассказываю.


В стародавние годы жили да были муж с женой. И росла у них дочка пригожая. Всем девица взяла: и ростом, и дородством, и угожеством.


Глядя на нее, люди радовались: со всеми девушка приветливая, ласковая, обходительная. Всем торопилась помочь чем могла.



Но вот пристигло несчастье, пришла беда. Умерла у девушки мать.


Много ли, мало времени прошло — женился отец на вдовице. А вдовица свою дочь в дом привела. И стало в семье четверо.


Сиротой жить нерадостно, а при мачехе стало и того хуже.


Родную дочь она нежила, тешила, а падчерицу невзлюбила с первого дня.


С петухами сирота вставала, слезами умывалась, до полуночи по хозяйству управлялась. И пряла, и ткала, и по воду ходила, и дрова носила, и коров доила.


А злая баба только покрикивала:


— Неумелица ты, негодница! Хлебоежа на мою голову досталась!


Вот открыл как-то раз отец сундук, что от первой жены остался. А в сундуке и душегрея, мехом отороченная, и кокошник, жемчугами унизанный, и полусапожки сафьяновые, и перстенек золотой с камушком дорогим, и одёжа разная.


— Поделим поровну, и будет у наших дочерей приданое, — сказал отец.


А завистливая мачеха со своей дочерью затаили черную думу.


— Экое богатство делить на две доли, — мачеха шептала дочери. — Да с таким-то приданым мы и купеческого сына найдем. Не за мужика выйдешь, за лапотника. Только не оплошай!


Прошло сколько-то времени после того разговора, собрались девушки по ягоды идти. А отец шутейно им и говорит:


— Ну вот, кто из вас больше ягод принесет, той при дележке приданого чуть побольше достанется.


Ходят девушки по лесу, аукаются, берут ягоды. А как завечерело, сошлись они на полянке. Глянула мачехина дочь — батюшки светы! — у стариковой дочери корзинка полным-полна, а у нее всего ничего, лишь на донышке! Тут и припомнились материны речи: не делить приданого на две доли…


И как проходили через болото, выхватила мачехина дочь у сводной сестры корзину с ягодами и столкнула ее с перекладин-жердочек в бездонную топь.


— Тону я, погибаю, сестрица милая, — взмолилась девица, — помоги мне!


— Стану я тебе помогать! Тони, из этой топи не выкарабкаешься. А все приданое мне одной достанется! — крикнула мачехина дочь.


Перебралась через болото и бегом побежала домой. Дорогой пересыпала в свой кузов ягоды — чистые, крупные, одна к одной, а корзинку сводной сестры закопала в мох.


— Умница, моя разумница! — встретила ее мать. — Посмотри, старик, сколько ягод моя дочка набрала!


— А чего не вместе пришли? — спросил отец.


— Разошлись мы с ней, — ответила мачехина дочь, — аукалась я, аукалась, да никто мне не откликнулся; думаю, раньше меня набрала корзинку и ушла домой.


— Ну где ей, доченька, раньше тебя управиться. Уснула где-нибудь, вот и не услышала тебя! — засмеялась баба.


Вечер прошел, и ночь прошла.


Поутру старик рано встал.


— Надо идти искать, — говорит, — видно, беда стряслась.


Собрал соседей. Пошли они в лес. И бабина дочь с ними.


— Вот здесь, — рассказывает, — мы разошлись и больше не виделись.


Ходили-ходили день с утра до вечера, да так ни с чем и воротились.


Лето уже на исходе. Идет-бредет по тем тропам старичок странник. Ступил на жердочки-перекладины, а на топлом месте растет травяная дудка. Срезал ту дудку старик, приложил к губам и только подул в нее, как слышит: заиграла, запела дудка, жалобно запричитала:



— Поиграй, поиграй, дедушка,


Поиграй, поиграй, родимый.


Нас было две сводные сестрицы,


И вот меня загубили,


За красные ягодки


Да за матушкино приданое


В гнилом болоте утопили!



И вот пришел старик странник поздно вечером в ту деревню, попросился в крайнюю избу ночевать, как раз в тот дом, где сирота-девица потерялась.


После ужина заговорил старик странник:


— Неподалеку от вашей деревни срезал я дудочку. Такая забавная: сама поет-выговаривает. Возьми-ка, хозяин, подуй в эту дудочку!


Чуть только подул хозяин в дудочку, как заговорила запела она:



— Поиграй, поиграй, дедушка,


Поиграй, поиграй, родимый.


Нас было две сводные сестрицы,


И вот меня загубили,


За красные ягодки


Да за матушкино приданое


В гнилом болоте утопили!



С лица старик сменился. Протянул дудочку падчерице:


— Ну-ка ты поиграй!


Только поднесла она дудочку к губам, как заиграла, запела дудочка:



— Поиграй, поиграй, сестрица сводная,


Поиграй, поиграй, лиходейка,


Поиграй, поиграй, душегубка!


Ты меня убила,


В гнилом болоте утопила,


За красные ягодки


Да за матушкино приданое


Жизни лишила!



Кинулся отец за понятыми. Девку-лиходейку, а заодно и мать, злую бабу, связали, приставили караул.


А отец с понятыми да со стариком странником на болото побежали. Поискали, поискали и в скором времени вытащили девушку. Обмыли ее, обрядили. Тут она открыла глаза, промолвила:


— Ой, как долго мне спалось да много во сне виделось! Не держи, родимый батюшка, ни бабы-лиходейки, ни дочери-злодейки. Не будет от них житья ни тебе, ни мне.


Простил отец на радости злую бабу и падчерицу-злодейку, прогнал их со двора:


— Ступайте, откуда пришли!



Опубликовано 09.07.2017 admin в категории "Народные сказки", "Русские народные сказки

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *